топографический кретинизм и геронтофилия~
Вчера я решила закрыть каникулы пересмотром фильма "Горбатая Гора". Целиком, с первого раза, и - одна - мне не удавалось посмотреть его еще ни разу. И вот, наконец,свершилось.
На протяжении всего фильма у меня возникало несколько желаний, и одно из них я смогла отбить только в самом-самом конце. Эннис - безумный идиот, серьезно. Я не во всех моментах, не во всех сценах могу понять его. Точнее, понять как констатацию факта то-то и то-то я могу, а вот принять и сказать, что "да, пожалуй, я бы сделала так же. Умный парень", я бы не смогла. Он вроде искренний, да, даже не вроде - точно, но безумно боится получить от "по лещам" до "по оторванному члену". Он стыдится того, что имеет любовные отношения с Джеком? Честно говоря, в некоторых сценах мне хотелось плакать от того, насколько глупые вещи он делал, насколько сильно это отразилось на его жизни.

Но я все о нем да о нем.
В первый раз, когда я смотрела "Горбатую Гору" я не видела этого малюсенького флэшбека. Я не обратила на него внимания. А ведь он был очень, очень важным.
Когда они виделись в последний раз. Когда Эннис сел на свою машину - а во флэшбеке он сел на коня и поскакал к овцам. Вся жизнь Джека тогда пронеслась перед его глазами.
Словно он знал, что больше они не увидятся.

И вообще, на финальной сцене я рыдала без пробуждения. Все таки, весь смысл фильма в том, что любовь - это что-то, что держится вечность, что нельзя убить и сломать. Это очень ярко было показано на сцене с дочерью. Помните, да? Когда у девочки бойфренд поменялся и Эннис на нее так посмотрел, типа, малолетняя дурочка.

В общем, у меня вчера была снова большая печалька и я рыдала на титрах. Люблюумеюпрактикую, что уж там.
И на последок - вот. Отрывочек. ♥
Я уже хочу прочесть эту книгу.

"Джек больше всего тосковал (не осознавая это и не в силах с собой справиться) по тому ощущению, с которым у него ассоциировалось воспоминание о далеком лете на Горбатой горе. Тогда Эннис подошел к нему сзади, притянул к себе, и это молчаливое объятие насытило взаимный, не имеющий ничего общего с сексом голод.
Тогда они долго стояли перед костром, отбрасывающим мечущиеся красноватые блики света. Их тени, слившиеся в единый силуэт, вырисовывались на соседнем камне. Шли минуты, и их движение отсчитывало тиканье круглых часов в кармане Энниса. Огненно-красный цвет поленьев в костре постепенно сменялся пепельно-седым. Звезды мерцали сквозь жаркое марево над костром. Эннис дышал тихо и медленно, что-то напевал, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Джек стоял, прислонясь к Эннису, и слушал его ровное сердцебиение, вибрацию тихого голоса, передающуюся ему как слабый разряд электричества, и постепенно погрузился в дремоту, больше похожую на транс. Потом Эннис произнес давно забытую, но по-прежнему понятную фразу, знакомую с детства, с того времени, когда еще была жива его мать: "Пора в путь-дорогу, ковбой. Мне надо ехать. Давай, а то ты уже спишь стоя, как лошадь!" Джек слышал, как позвякивали шпоры на сапогах Энниса, пока он забирался в седло. Прозвучало "до завтра", и лошадь, всхрапнув, ударила подковой о камень.
Потом, со временем, это единственное объятие заняло в его памяти свое особое место, как воплощение простого, безыскусного и волшебного счастья в их сложной разрозненной жизни. И ничто не могло омрачить этого воспоминания, даже осознание того, что Эннис никогда бы не обнял его, стой они лицом к лицу, потому что не захотел бы увидеть и признать, что обнимает именно Джека. Иногда ему казалось, что, даже сложись обстоятельства иначе, им вряд ли удалось бы достичь чего-то большего. Ну и пусть. Ну и пусть."




@темы: Нужен временный тэг, Джейк Джилленхол - торкает мягко!, Горбатая Гора, Брюзжание слюной от вашего покорного слуги